Карьера мечты vs. реальность. Переезд в Лондон в погоне за работой

86 960n

Я всегда мечтала работать в одном из популярных женских журналов. Всегда. Я с детства собирала их, на первом курсе бросила университет, осознав, что он не вливается в мои планы и понимание счастливого будущего. 

Я родилась и росла в Мадриде в русской семьей. С восемнадцати лет я начала активно продавать свои заметки всяким газетам и второсортным журналам. Постепенно я подступалась к изданиям подороже и посолиднее, но мне всегда было мало Испании. Даже не знаю, как объяснить. Я хотела писать для миллионов. Лондон – это международная мекка издательского дела. Здесь выходит не только миллион книг, но и, пожалуй, столько же наименований журналов. 

Денег на репетитора у меня не было. Сколько может зарабатывать фрилансер, который не регулярно пишет для сомнительных изданий? Дома говорили только по-русски и по-испански. Писать по-русски я так толком и не научилась, посещая испанскую школу, потому данная статья является переводом моей истории. Но мне нужен был английский, во что бы то ни стало. Я зубрила его ночами под одеялом, днем в парках и по пути куда-либо. Я бежала, как оголтелая, на встречи с англоязычными людьми, если такие возникали где-то среди моего окружения. 

Вскоре я встретила мужчину моей мечты и мы с ним сыграли красивую свадьбу вдвоем, за что родители до сих пор на меня в обиде. Я поделилась с любовью моей жизни своей мечтой и он сказал, что нам ничего не остается, кроме как переехать в Лондон. 

istock 000071277307 small

Затраченные огромные деньги, куча бюрократии, непонимание родственников. Но через год мы оказались в Лондоне. Я впитывала культуру и речь, как губка. Муж работал сутками напролет, чтобы поддержать меня в моей мечте. Я записалась волонтером в несколько журналов, что оказалось гораздо тяжелее, чем я могла представить. Меня отбирали так, как будто бы я претендую на невероятно высокую зарплату. Я пережила множенство стрессов и дико некомфортных ситуаций, когда на меня смотрели, как на фрика, с моим диким испанским акцентом, пытающегося пристроиться в английский журнал любыми путями. 

Так прошло 4 года. Я открыла свой сайт на английском, участвовала сразу в нескольких порталах, зазубривала слова и целые речевые структуры наизусть. И тут случилось невероятное – меня взяли работать в безумно популярный женский молодежный журнал. Я плакала и смеялась, прыгала и валялась на ковре. Я не могла поверить своему счастью. 

Я готова была работать даже бесплатно, но у меня была официальная зарплата, красивый офис в самом центе Лондона и все социальные гарантии. 

В первый же день на работе, я встретила контингент, с которым мне никогда не представлялась возможность видеться. Наверное, потому, что мне никогда до этого не приходилось работать на «обычной» работе, с девяти до пяти. Я всегда работала из дома, или из парка, или с лужайки…Когда я вернулась домой после первого дня работы, с меня капал пот от нагрузки, бесконечных замечаний, ударов по моей самооценке, как в личном, так и в профессиональном плане. Я утешала себя, что все это мелочи. Просто я новенькая, просто я не знаю этой среды, просто я не привыкла. Но шел месяц за месяцем. 

Не хочу вас грузить своими проблемами, но ситуация обстояла так, что на работе царил строжайший дресс-код, причем исходил он вовсе не от руководства, но от моих коллег. Все они были молодыми девушками и парнями-геями. Они спокойно хватали меня за кофту и вслух читали наименования моих безымянных брендов, уж простите за тавтологию. Да, Mango или H&M для них – смехотворные марки, которые не может себе позволить носить журнальная кошка. Они подкалывали меня, что я не хожу с ними на обед в нобл рестораны, не имею сумки от Гуччи. Все во мне их раздражало: моя одежда, мой стиль, моя еда и даже то, что я замужем. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой потерянной и несчастной. Эти люди вообще не были похожи на каких -то творческих личностей, хотя искренне из себя корчили недооцененных гениев, страдающих уязвимостью духа и артистической ранимостью. Все они были пусты. С ними совершенно не о чем было говорить. Их волновали только недели высокой моды. Журналистика, искусство. Все для них было пустым звуком. Я умирала там каждый день. 

Редактор отсылала мне почти все мои статьи назад с замечаниями, что в них слишком мало шика, мало рекламы, мало денег, и слишком много меня. Я исправляла их, выжимая из них меня и отправляла их обратно. На обеде я бегала в соседний парк и пряталась там 30 минут. За 7 месяцев я обошла все кварталы вокруг, изучила все кофейни и каждое дерево. Они были моим вдохновением и моим спасением.

Мой муж уговаривал меня уйти. Мне было так стыдно перед ним. Он бросил все ради моей мечты. Я прошла столько ради этого места в журнале! Но мы приняли решение об увольнении. 

hove 696563 960 720

Когда я вышла из редакции в последний раз, я в первый раз почти за год вздохнула с облегчением. Утратив, однако, материальную стабильность, я рванула домой писать статьи и пытаться их снова продавать, возвращаясь в строй фрилансеров. К счастью, мои язык и слог в целом так подтянулись, что на меня стояла не очень значительная очередь из заказчиков контента. И тогда я вдруг поняла, что я и есть внештатный автор, это мое призвание, мне так хорошо. А еще я осознала, что Англия – страна именно для моей семьи. Нам хорошо и комфортно здесь. Мы переехали в Брайтон ввиду дороговизны и переполненности британской столицы, где и живем уже два года. Море, огромные чайки, самые милые на свете кафешки, прогулки вечером по ветреной набережной, ноутбук на коленках – это и есть моя жизнь. Я искала карьеру, а нашла мое призвание и мою страну. Случайностей совершенно точно не бывает. 

Записывала и переводила с художественным оформлением Ольга Крупенкова

Также читают