Дружба дружбой, деньги врозь. Реалии иммиграции

Friendship

Иммигрантов либо осуждают, либо завидуют им. Как правило, единственной основой для крепкой дружбы с иммигрантом могут быть десятки вместе пережитых радужных событий, которые сплотили когда-то и позволили дружбе состояться. Если же речь шла о периодических встречах, в реалиях которых один из друзей «вырвался», второй редко порадуется за него. Причина до боли проста: каждый преследует интересы себя и своей семьи, и в этом, по сути, нет ничего плохого. За исключением того, что такие отношения тяжело назвать дружбой. 

За бугром

Разность подхода иммигранта и его друзей с родины к иммиграции кроется во всем сразу. Например, иммигрант, чья реальность заключается в отсутствии друзей первое время, языковом барьере, постоянном изучении новой страны, сложностях с поисками работы и многом другом, видит ситуацию весьма нерадужно, рассчитывая, что в перспективе все изменится. Его же былое окружение видит положение в корне иначе: он пересек границу, ему вручили в руки лопату, поставили перед кучей с золотом и сказали: «Черпай, сколько хочешь». Я видела это часто, по тому, как ожидали от меня подарков во времена, когда мне с трудом хватало на жизнь, как намекали на финансовую поддержку с моей стороны, какие разговоры велись вокруг меня в мои редкие визиты в родной город. На самом деле, если вдуматься, никто не хотел слышать о проблемах. Людям нравилась мысль, что «за бугром» просто все легко и доступно. Так я пришла к одной простой и болезненной мысли: дружба иммигранта с былыми друзьями с родины фактически исключена. И говорю я это не голословно. Я живу в иммиграции более 10 лет, встретив десятки людей с похожими судьбами и ситуациями. Нам всегда завидовали, вне зависимости от того, что собой представляла наша жизнь в реальности. 

Деньги

Да, как правило иммигрант становится богаче тех, кто остался на родине. И это по двум причинам: во-первых, он привыкает бороться. Пережив иммиграцию, ты смотришь на жизнь иначе: у тебя стираются многие преграды на пути к успеху. Во-вторых, почти всегда люди едут в гораздо более материально благополучную страну, чем была та, где он родился. А оттого, постепенно став частью общества, человек начинает зарабатывать, как местные, и жить на их уровне. Ключевое слово здесь, однако, постепенно. Средний срок интеграции в общество колеблется в районе 5-8 лет, в зависимости от личных качеств иммигранта и его пробивной способности. Человек, который не пережил иммиграцию, совершенно далек от мысли, что переезд первое время мало что дает, а вот отнимает годы с особой радостью. Пока все на родине добиваются карьерных высот, иммигрант сидит один и учит иностранный язык. Для многих первые годы и вовсе связны с ненавистными работами в попытке хотя бы прокормиться. И вот, по истечению лет так десяти, иммигрант прибывает на родину на красивой новой машине, забирает своих родителей, и все вокруг говорят: «Ну, конечно, на заграничных харчах хорошо живется». Нет, просто он трудился все годы гораздо больше, чем очень многие люди. Зарубежные страны не дают возможностей на блюдечке, за них нужно бороться, причем в несколько раз активнее, чем это приходится делать местным людям. 

Деньги – всегда решающий фактор. Все мои знакомые иммигранты живут материально лучше, чем 80% их окружения из родной страны. Это вызывает у знакомых и друзей желание обороняться, врать и, наконец, избегать.

Дружба?

Вот и получается, что удобно дружить с человеком, который плавает в тех же глубинах, что и ты. А как только он стремится куда-то, не всегда вверх, но просто куда-то, где посытнее, поконфортнее, да повеселее, то деньги становятся во главе отношений. Как дружить с тем, кто ездит по миру, пользуется дешевыми ипотеками, зачастую более качественной медициной, более продуманными социальными правами и гарантиям, когда сам человек этого не имеет?! Чем глубже он познает жизнь иммигранта, тем неприятнее ему это общение. А оттого иммигранты массово признают, что друзья с родины в буквальном смысле дистанцируются. Я помню это сама. В первые годы в новой стране было так тяжело и так отчаянно нужна была чья-то поддержка, но подруги, те самые с которыми мы еще совсем недавно были неразлучны, не хотели даже слушать о моих трудностях. Надменные выражение лиц, нежелание вникать в ситуацию и, наконец, фактический отказ от общение. Те люди, кто остался в моей жизни наперекор всему, скорее воспринимаются как семья, чем друзья. Я с восторгом обнаружила, что некоторые люди вовсе не живут завистью, но настоящими чувствами и человеческим теплом. 

Разный материальный уровень, безусловно, является преградой в общении. И это свойственно каждой стране и каждой культуре. Вопрос лишь в том, что иммиграция не является панацеей от неблагополучия и безденежья. А самое главное, что она доступна каждому. Иммигранты – это не клуб избранных, это те люди, которые четко решили менять что-то в своей жизни, причем кардинально, не озираясь на свой дискомфорт, слабость и миллион вопросов.

Также читают